X

Отделение церкви от государства

Священник Георгий Сухобокий — о важном конституционном принципе, который декларируется, но пока не слишком воплощен в реальности

Георгий Сухобокий. Фото: bbc.com

На днях кинорежиссёр Александр Сокуров на встрече Совета по правам человека среди прочего упомянул о неопределённости понятия отделения церкви от государства и нерешённости этой конституционной проблемы. Президент Владимир Путин никак не отреагировал не только на этот вопрос Сокурова, но и на многие другие. Пока Сокуров говорил, Путин записывал что-то на листке, но, как выяснилось, его внимание привлекла лишь тема межнациональных конфликтов и территориальных претензий.

Да, тема острая и больная. Пожалуй, настолько же острая, как и тема национальных языков, из-за которой отчаявшиеся люди иногда идут на самые радикальные меры, устраивая самосожжение, что и произошло несколько лет назад в Удмуртии. Но здесь я попробую порассуждать исключительно над тематикой отделённости церкви от государства.

14-я статья Конституции РФ гласит:
«1. Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной.
2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом».

Конституционная формулировка выглядит несколько размыто. Мы, наверное, должны догадываться, что для правительства все религиозные организации, вроде как, равны. Но из реалий нашей жизни мы хорошо знаем, что в России всегда находится человек, группа людей или организация, которые оказываются «равнее». Так же и с религиозными структурами.

Сегодня никто не станет спорить, что в нынешней российской действительности «равнее» всех себя чувствует Русская православная церковь

«Ну и что? В Конституции не сказано, что никакая религиозная организация не должна иметь преференций от государства», — скажете вы. Более того, Федеральный закон о свободе совести и о религиозных объединениях «…признаёт особую роль православия в истории России, в становлении и развитии её духовности и культуры». Но на самом деле эта формулировка ни к чему особо не обязывает, а лишь упоминает, что в истории страны православие (как явление, а не как религиозная организация) имело место и в прошлые века оказывало влияние на устроение народного быта. Но даже в те древние века, если что-то нужно было сделать хорошо и качественно, наши предки почти всегда обращались к западным умельцам.

Примером этому может послужить древнейшее полностью сохранившееся здание столицы – Успенский собор Московского Кремля. Этот храм – самое раннее итальянское сооружение в Кремле, построенное в 1479 году по проекту итальянца Ридольфо Аристотеля Фиораванти.

Кстати говоря, именно итальянский Успенский собор Московского Кремля является главным храмом РПЦ, а никак не Храм Христа Спасителя, как думают многие.

Ни в Конституции, ни в законах РФ нигде не сказано, что религиозная организация под названием «РПЦ» должна иметь какие-то привилегии перед другими религиозными структурами. Но при всём при этом мы прекрасно знаем, что правительство России с большим пиететом относится к РПЦ. Из открытых источников известно, что только в период с 2015 по 2019 год нерелигиозные организации, управляемые РПЦ, получили субсидии федерального бюджета более чем на ₽4,5 млрд.

Итак, деньги получили. Они бюджетные, то есть «из кармана» каждого налогоплательщика. Но бесплатного, как известно, ничего не бывает. Поэтому полученные миллиарды РПЦ «отрабатывает». Возможно, в надежде получить ещё.

Что именно государство сегодня хочет от РПЦ я уже писал в одной из предыдущих статей. К использованию Русской Церкви в качестве идеологического инструмента, безусловно, можно добавить массу пунктов. Это и международные финансовые сети, и дипломатическое представительство, и логистика, и многое-многое другое. По всем этим пунктам – и в России, и за рубежом – РПЦ отрабатывает, хоть и не очень качественно, но всё же.

За преданность Кремлю, кроме денег, РПЦ пока ещё имеет некую независимость. Но эта независимость заканчивается там, где начинается конфликт интересов с правящей партией. Поэтому-то Патриарх Кирилл и не может (да и сам не хочет) высказаться в защиту политзаключённых. По этой же причине РПЦ продолжает всячески выслуживаться перед властью.

Остаётся лишь гадать, когда же наконец купающиеся в роскоши руководители церкви в ужасе начнут кричать: «Горшочек, не вари!». А ещё интересней, будет ли 14 статья Конституции РФ усовершенствована и появятся ли новые законы, не позволяющие ни одной из конфессий получать деньги из федерального (областного, муниципального) бюджета страны? Прекратится ли уголовное преследование по религиозному признаку, которому сейчас подвергаются не только «Свидетели Иеговы», но даже баптисты и представители других христианских (и не только) конфессий России?

В связи с вышеперечисленным слова кинорежиссёра Александра Сокурова – о неопределённости понятия отделения церкви от государства и нерешённости этой конституционной проблемы – лично для меня звучат очень актуально. Этот вопрос давно требует решения.

Какие пути этого решения вижу лично я?

Во-первых, можно было бы более точно сформулировать 14-ю статью Конституции РФ:
«1. Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной, обязательной или иметь преимущества перед другими (религиозными организациями).
2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом».

Во-вторых, предлагаю дополнить Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» следующими формулировками:
«1. Религиозные объединения и связанные с ними организации не должны финансироваться из государственного бюджета.
2. Религиозные объединения и связанные с ними организации должны публично отчитываться о целевом использовании получаемых ими пожертвований».

Это лишь пара мыслей, которые можно развить и продолжить. Уверен, отсутствие преимуществ у РПЦ перед другими конфессиями и народный контроль за финансовой стороной жизни религиозных организаций существенно улучшит моральное состояние церковного руководства и сбалансирует церковную жизнь.