Simbirsk.city

«Приехали»: программу по массовой замене лифтов в Ульяновской области приостановили

Как нам стало известно, инвестор (предположительно, из столицы), намеревавшийся подключиться к масштабной программе замены лифтов в 600 ульяновских домах, отказался от участия в проекте. По неофициальной информации, причиной для такого решения стала негативная реакция жителей города, описанная в СМИ. 

Напомним, нынешней весной областные власти озвучили план по замене 600 отработавших свое лифтов. Это действительно значимая для региона проблема: сегодня в Ульяновской области в многоквартирных домах эксплуатируется 4,5 тысячи лифтов. Из них изношено три тысячи.

Личное: «Приехали»: программу по массовой замене лифтов в Ульяновской области приостановили

Так как работы по замене и для бюджета, и для кармана собственников неподъемные — на 600 лифтов нужно более миллиарда рублей (установка одного нового подъемного механизма, с проектной документацией и работами стоит от 1,7 миллиона рублей), был найден источник средств — фонд капитального ремонта многоквартирных домов. Нашелся подрядчик, согласившийся на рассрочку.

Как пояснял ранее руководитель фонда реформирования Жилищно-коммунального комплекса Антон Климов, «никакой дополнительной финансовой нагрузки на жильцов не будет. Работа пройдет в рамках региональной программы капремонта и за те же деньги. Фонд будет расплачиваться с подрядчиком в рассрочку в течение пяти лет ежемесячно равными долями. Таким образом, новые лифты жители получат уже в этом году, а деньги будут отдавать из «общего котла» постепенно». Стоимость работ предполагалось зафиксировать на момент их выполнения, чтобы она не менялась в течение всего периода рассрочки.

После того, как эти планы сорвались, давать какие-либо комментарии в фонде ЖКК нам отказались. Правда, уточнили, что инвестор действительно ушел, но идет поиск нового подрядчика.

По мнению депутата законодательного собрания региона Геннадия Антонцева, главная проблема в провале программы по замене лифтов заключается в несвоевременном информировании собственников: 

«Главный минус здесь, как и во всей коммунальной сфере — в том, что действие опередило информирование. Проблема в том, что слишком сильно торопились. Произошел провал — договора пытались заключить быстрыми темпами, а самое главное — разъяснения, которые должны были получить собственники, проработать не успели. Нужно было запустить процесс информирования раньше, тогда была ответная реакция, удалось бы убрать минусы. А так — засиделись на старте, а когда все ушли вперед, ринулись догонять.

Сегодня люди четко не представляют, как будет реализовываться программа капитального ремонта их дома, так что, в случае с лифтами, один информационный вакуум наложился на другой. Настороженно относиться к новому — нормальная реакция. Люди думают медленно, экономят свои деньги, и в этом, безусловно, они правы».

Как считает член экспертного совета по ЖКХ при Комитете по жилищной политике, жилищно-коммунальному хозяйству и энергетики заксобрания Ульяновской области Вера Николаева, замена лифтов на средства фонда капремонта была бы отличным вариантом для региональных и городских властей, а также жителей тех домов, которые попадут в этот проект:

«По сути, это пирамида — выгодно будет тем, кому первыми сделают эти работы, и они будут рассчитываться за них десятки лет. Но для жителей всех остальных многоквартирных домов, которые проинвестируют эти работы, это невыгодно. Ведь, по сути, чтобы отремонтировать 600 лифтов, сложится вся область. Взносы в фонд капремонта платят и 4-5-6-этажки. Работы будут выполнены, но никто не гарантирует, что через пять лет программу капремонта не отменят. Что тогда?

По сути, сейчас государство расписывается в своем бессилии: у него нет денег. Между тем, лифты должны были быть заменить уже через 25 лет после начала эксплуатации. У нас много домов, где подъемные механизмы работают с 1970 года. Получается, что в 2000-х годах их должны были массово ремонтировать за счет государства. Но сделано это не было.

Сегодня есть техническая опасность: лифты могут массово встать, их нельзя будет эксплуатировать. И ответственность за это будут нести, в том числе, и собственники, ведь управляющие компании и обслуживающие организации проводят работы в рамках отчислений, а это совсем небольшие деньги. Сомневаюсь, что найдется собственники, которые смогут сброситься и в короткие сроки собрать нужную сумму. Даже если жители увеличат плату за капремонт с 5.20 до 55.20 рубля, деньги придется копить очень долго. Особенно если в доме не один, а 4 или 5 лифтов. Также вряд ли власти возьмут на эти цели кредиты, за которые потом придется расплачиваться жителям домов с обновленными лифтами. А Москва эти средства не даст точно».

Что же делать? По сути, жители попали в ножницы — лифты нужно менять, но при любом раскладе кому-то это будет невыгодно. 

«Вопрос нужно решать комплексно, на федеральном уровне, — считает Вера Николаева. — На мой взгляд, прежде всего, нужно взять мораторий на действие программу капремонта, и за это время внести правки в базовое законодательство, отладить закон. Затем внести правки в закон региональный. Что именно не отлажено? Прежде всего, нет никаких гарантий, что деньги, собираемые на капремонт, не обесценятся. Это нигде не прописано. Никто не уверен в том, что на внесенные сегодня деньги можно будет сделать что-то спустя 30 лет.

На региональном уровне должны быть дифференцированные тарифы. Согласитесь, было бы логично, если бы на замену лифтов складывались только дома с лифтами. Но в этой ситуации «заложниками» окажутся новые дома, так как, опять же, нет гарантии, что через 30 лет деньги сохранятся и им также заменят, когда придет время, лифты.

Как именно это гарантировать? Это уже вопрос государства, которое должно проработать вопрос с банками, продумать, как сделать так, чтобы деньги никуда не исчезли, на них бы начислялись проценты. Это касается и спецсчетов. Таким образом, решить проблему можно только глобально. Ниоткуда деньги не возьмутся, ситуация с экономикой сложная, а ремонтировать лифты нужно».

Виктория Чернышева

Фото: Wikipedia

Комментарии к этой публикации отключены.